Куда улетают драконы  - Мария Бородина

– Таки существуют? – приподнял бровь преподаватель. – Настоящие чёрные драконы?

– На территории Вимонта, куда не дошла Чёрная Лавина, тёмные всё ещё существуют, – сказала я уверенно. – Но за пределами этого закрытого государства их нет со времён третьей Волны Света.

– Совсем-совсем нет?

– Чёрная Лавина разрывала тела тёмных избытком энергии, убивая их, – пояснила я. – Блокировала сейзу светлых, также убивая большую их часть. Те сильнейшие, кому повезло выжить, отмечали изменения в своём теле и постепенно превращались в нагов. Но даже после Чёрной Лавины существовала угроза активации скрытых тёмных потоков. Поэтому и были запущены три Волны Света подряд. Тёмных гуманно провожали к Вездесущим, полагая, что они могут способствовать активации второй Лавины, до тех пор, пока их не осталось вовсе. И ныне полагается их провожать туда… – я вздохнула. – Только вот провожать уже давно некого.

– А вы сами как считаете, тёмные существуют? Или они все в Вимонте остались?

– За пределами Вимонта их нет, – отрезала я. – И это абсолютно точно.

Экзаменатор задумался, почесал лысину и, поправив окуляры, сказал:

– Смотрите, чтобы уверенность не стоила вам оценки. Чем докажете? Есть статистические данные, что после Лавины не было ни одного случая поимки темных? – он прищурил один глаз и усмехнулся.

– Если и были, то это на совести чувствующих, – я пожала плечами, пытаясь выглядеть невозмутимо, но внутри выросла глыба льда. – Понятное дело, что правящие не будут афишировать единичные случаи. Статистики у меня нет, но есть биология: у двух светлых не может родиться тёмный. Теоретически, конечно, можно предположить, что чёрный дракон из Вимонта завёл роман с женщиной большой земли, но я такого не представляю.

– Почему Лавина не тронула Вимонт? Как думаете? И почему уверены, что тёмные с той стороны, – с нажимом произнес последние слова мужчина, – не выбрались сюда? В Цимерию, к примеру?

– Лавина иссякла, не достигнув границ государства, – выпалила я. – Идущих с Волной Света на территорию государства не допустили. А если тёмные и выбрались, – я закусила губу, – то искренне верю в то, что чувствующие обнаружили их.

Экзаменатор снова откинулся на спинку и фыркнул.

– Думаете, они всесильны? – он зацепил пальцем мой табель и раскрыл его. – Задам ещё один вопрос, не касающийся Лавины. Ответите правильно, отпущу без последних двух. Вы довольно хорошо подкованы, эбрисса Невелло.

Я неловко поерзала, стараясь скрыть волнение. Кивнула.

Остальные члены комиссии не проявляли интереса. Кто-то глядел в никуда, откинувшись на спинку стула, кто-то выцарапывал каракули на желтоватой бумаге. Ещё двое экзаменаторов вообще перешептывались между собой.

– Вы говорите, что существуют чёрные драконы, – начал преподаватель, почесав затылок. – Даже предполагаете, что они остались на острове Вимонт. Расскажите мне о сути драконов. Это звери, люди? Кто они? Почему разделяются на тёмных и светлых? В чем различие? Белые-то у нас в воздушной почте работают, – он наклонил голову и царапнул по табелю пальцем.

– В повседневной жизни дракона вряд ли можно отличить от обычного человека, – я задумалась. Мне приходилось видеть белых драконов. В нашем селении жил драконий клан, но всего один. И обращались они редко: но если уж это происходило, все жители разбегались по домам. – А отличаются от людей они тем, что имеют вторую ипостась: драконью. Трансформация в драконье обличие отнимает много сил и энергии и требует хорошей подготовки. Первая трансформация, как правило, происходит спонтанно и после половой зрелости. Белые и чёрные драконы отличаются тем же, чем разнятся тёмные и светлые маги. Белые используют для трансформации высший поток, чёрные – низший.

Преподаватель прищурился, снял очки и, протерев стекла уголком велюровой жилетки, нацепил их на переносье. Долго смотрел на столешницу, а потом быстро процарапал оценку в табеле и отдал его остальным членам комиссии.

– Удачи, эбрисса Арлинда!

Сидела, опустив глаза, пока остальные члены комиссии царапали свои оценки в табель. Не верила, что неудача обошла меня и на этот раз. И, едва последний член комиссии подтолкнул ко мне заветную корочку, раскрыла её.

Шесть десяток.

Шесть!

Сначала захотелось завыть от счастья. А потом вспомнилось озадаченное лицо Тэя и его разговор с экзаменатором. И радость сразу опустила крылья, превратившись в саднящее сомнение.

Он просил за меня?

Просил за меня потому, что позволяю целовать себя?!

Кто я теперь? Распутница? Куртизанка? Или кто-то хуже?!

Опустив глаза и сухо попрощавшись, я вылетела за дверь. Тэй стоял в коридоре и комкал кусок скрученной бумаги.

– Лин, ты как? – он бросил взгляд через плечо и, убедившись, что никого нет, подошел ближе. Мягко улыбнулся и коснулся моей руки. – Пойдём?

– Зачем вы так? – я вскинула подбородок, не заметив, как снова перешла на «вы». Сердце сжала железная рука. – Зачем за меня просили? Из-за того, что мы с вами…

– Я, – Тэйлан отстранился и нахмурил брови, – лишь сказал, что тороплюсь с отчётом и мне нужна в помощь одна абитуриентка.

– Тогда почему же, – развернула табель, показывая ряд десяток, – почему так? Я ведь только один вопрос в билете знала…

Тэй выровнял спину и снова бегло осмотрел коридор.

– Зачем мне занижать твои способности? Я знаю, что ты самая лучшая. Просто поторопил экзаменатора, чтобы мы успели, – он скомкал бумагу и сжал губы.

– Куда успели? – спросила я испуганно.

– На одно мероприятие. Сегодня же день города! И гуляния будут два дня, – он осторожно улыбнулся. – А я знаю, что завтра у тебя выходной, – Тэй опустил голову и ссутулил громадные плечи. – Если нет желания, можем не ходить.

Я подняла глаза, посмотрев на него из-под чёлки:

– Только мне расчесаться нужно.

– Конечно. Провести тебя? В уборную, – он хихикнул.

– Достаточно будет простого зеркала, – я смущённо опустила голову.

– В холле есть. Прости, здесь за руку тебя не возьму, и спуститься лучше поодиночке. Жду тебя у выхода. Там, где мы встретились с тобой в первый раз.

Соседняя дверь распахнулась. Тэйлан повернулся и быстро пошёл вперёд.

В коридор выбежали шумные ребята. Они приостановились около меня, осыпая комплиментами, а затем побежали по лестнице. Мимо громадного Тэя, что сжимал ладонью перила и провожал их тяжёлым взглядом стальных глаз.

Я поспешила вниз, предусмотрительно не оборачиваясь. Тэй не хотел афишировать наши отношения, и я понимала его. Хоть было и обидно. Чу-у-уточку. Если с сыном Верховнослужителя – щуплым и прыщавым – я встречалась укадкой и перебежками, иногда даже стыдясь, что нас видели вместе, то с Тэем я хотела быть на виду. Не прятаться.